Ольга Здярская: «Чем выше и чище мечта, тем сильнее наши стремления…»

 

Ольга Здярская – актриса Национального академического драматического театра имени Максима Горького, наша землячка, уроженка Ошмян. Ольга находится в самом начале творческого пути, однако ее талант уже оценили не только зрители, но и мэтры белорусского театрального искусства. Актриса удостоена награды Белорусского союза театральных деятелей «Крыштальная кветка» — за самый яркий дебют. Мы спросили у Ольги о ее первом выходе на сцену – звездном спектакле «Лев зимой», где она сыграла французскую принцессу Элис, о детских мечтах, волшебстве театральной сцены и честности в профессии.

— Каждая девочка в детстве мечтает стать артисткой. А какие мечты были у тебя?

— Если честно, свои детские мечты помню плохо. Актрисой стать не мечтала, но очень любила фантазировать, петь в расческу, танцевать и декламировать стихи. Первое важное достижение – поступление в музыкальную школу. Поначалу были уроки игры на фортепиано, куда я ходила со своей подругой. Меня завораживали музыка и слезы Нади, которые гроздьями падали на клавиши, когда что-то не получалось. Однажды я попросила родителей записать меня в музыкальную школу, и спустя время была принята в класс скрипки. Думаю, соседям пришлось несладко, пока я делала первые шаги в освоении инструмента. Сейчас вспоминаю то время с улыбкой и чувством благодарности. Думаю, исполнение данной мечты послужило в дальнейшем увлекательному творческому путешествию. Благодаря Ирине Витольдовне Осмольской, Татьяне Викторовне Черской, Тамаре Фёдоровне Жданович, Елене Дмитриевне Рогачевой и другим преподавателям школы музыку я полюбила навсегда: она меня вдохновляет и лечит.

— Лидский музыкальный колледж стал определенной ступенькой двигаться дальше, или ты собиралась стать учителем музыки?

— В Лидский музыкальный колледж я поступила на специальность «музыковедение». Признаюсь, учеба не давалась мне легко. До сих пор стыдно, что мало времени уделяла оттачиванию умений. Преподаватели делали все необходимое, чтобы мы стали профессионалами и хорошими людьми. К сожалению, осознала я это только теперь. Уроки жизни, доброту и юмор Беллы Ароновны Двилянской (председатель цикловой комиссии) вспоминаю очень часто. Вот только смелости не хватило после выпускного вернуться в наш 16 класс и признаться ей в любви. Обещаю обязательно исправиться.

— Расскажи про творческий экзамен при поступлении в академию искусств? Что ты готовила? Что показывала экзаменационной комиссии?

— После окончания колледжа я понимала, что не готова преподавать. Эта профессия – призвание, к ней надо прийти осознанно. В академию попала случайно. Пришла на прослушивание в последний день, мне сразу предложили попробовать поступить на курс заслуженного деятеля искусств РФ Михаила Ковальчика, специальность «Режиссура театра (музыкальный театр)». Признаюсь, о театре я знала мало. На занятиях в колледже мы изучали историю музыкального театра, много слушали и смотрели оперу и балет. Эти знания помогли мне подготовиться и достойно сдать вступительные экзамены. Творческий тур дался легче: я читала стихи о любви, пела о любви и танцевала тоже о любви. Не знаю, было ли это талантливо и убедительно, но точно с большим желанием и верой!

— Каким был твой первый выход на сцену? Какие чувства ты тогда испытывала?

Мой дебют состоялся еще в 2013 году. Тогда я училась на третьем курсе академии искусств и делала свои первые шаги на театральной сцене.

Однажды режиссер театра, заслуженный деятель искусств РБ Валентина Еренькова предложила проверить свои силы в звездном спектакле «Лев зимой». Роль французской принцессы Элис была срочным вводом. Художественный руководитель театра, заслуженный деятель искусств РБ Сергей Ковальчик одобрил меня, а после спектакля похвалил и позже пригласил в труппу. На мне лежала большая ответственность. Конечно, я тогда испытывала неимоверное волнение: в прямом смысле дрожала как осиновый лист.  Вместе с тем, это было невероятное счастье, просто подарок судьбы! Я внимала каждому слову великих людей, которые находились со мной на сцене, и в полной мере даже не осознавала, что происходит. Этот спектакль стал переломным в моей судьбе. Потрясение и эмоции, пережитые тогда, сильнейшая энергетика, исходившая из зрительного зала, позволили полюбить зрителя всей душой. А еще я почувствовала огромную поддержку со стороны коллег, которые помогали справиться с сомнениями и страхами.

— Как-то ты сказала, что у любого спектакля есть душа? Как ее разглядеть? Как сделать так, чтобы и зритель почувствовал его душу?

— Да, у любого спектакля есть душа, потому что режиссер, композитор, художник, хореограф, актеры – живые люди. Они вынашивают спектакль, как дитя, и, безусловно, вкладывают в него свои переживания. На сцене увидеть ее мы не можем, но, сидя в зале, мы можем почувствовать, как откликается наша душа, особенно если тема спектакля нам близка.

Театр – это волшебное место: артисты обмениваются энергией со зрителем и наоборот. Когда обмен совпадает, это невероятные впечатления, живые. Мы плачем и смеемся, размышляем, мы меняемся. Я становлюсь лучше, играя любую роль, я в этом убеждена. Порой сделать это бывает легко, а иногда очень сложно, но всегда это новый опыт и новые уроки.

— В любой профессии важно быть честным, а это значит – постоянно растрачивать себя. Но ведь так можно исчерпать все свои силы? Как не дойти до этого состояния?

— Полностью согласна с тем, что в нашей профессии быть честным – значит ежесекундно тратиться. Мне кажется, надо оставаться самим собой и не пытаться выпрыгивать из собственной кожи. Важно не заиграться, не потерять границы между реальной жизнью и своими героями. Вовремя переключиться помогают занятия спортом или йогой. «Подпитку» дают прогулки и чтение книг – мое любимое занятие. Черпаю силы в общении со своими коллегами, друзьями, родными и близкими мне людьми. Нужно научиться понимать себя и свое тело. Если надо, дать ему нагрузку или же, наоборот, остановиться, побыть одной.

— У каждого актера есть роль, о которой он мечтает. Кого бы ты хотела сыграть?

— Мечта, на мой взгляд, это бесценный дар. Если им умело пользоваться и верить в успех, она превращается в цель, и, если приложить усилия, обязательно исполнится. Чем выше и чище мечта, тем сильнее наши стремления. С мечтами надо быть осторожнее, поэтому я оставлю их в секрете, если позволите.

— Сейчас вы репетируете «Братья Карамазовы» Достоевского. У тебя в этой постановке роль Грушеньки. Как проходят репетиции?

— Федор Достоевский – мой любимый русский писатель. Очень испугалась и обрадовалась одновременно, когда режиссер спектакля, народная артистка Беларуси Ольга Клебанович предложила попробовать интереснейшую женскую роль – Грушеньки, очень хочу оправдать ожидания. Репетиции проходят тепло и интересно, мы копаем глубоко, Достоевский – бездонный. Я влюблена в свою роль, чувствую и понимаю мою Грушеньку. Мы узнаем и разгадываем автора, раскрываем в себе новые резервы. Думаю, что режиссер верит в каждого из нас, а мы верим, что получится замечательный спектакль о любви, падении, вере и покаянии.

Когда посмотрела постановку «Пир во время чумы», сразу же возник вопрос: «А как вы запоминаете столько текста?». Раньше был суфлер в будке. А есть ли теперь какой-то способ подсказки во время постановки?

— Это был замечательный опыт, прикосновение к великому Пушкину. Художественный руководитель нашего театра, заслуженный деятель искусств РБ Сергей Ковальчик предложил создать спектакль-читку. Прочесть так, как мы понимаем автора сегодня. Задача выучить текст наизусть не стояла: нам всем раздают пьесу перед началом читки. Но думаю, со мной согласятся коллеги, несмотря на короткое время для подготовки, не было трудности запомнить стихи, они легко «ложатся на слух».

Никаких специальных способов для подсказок в театре сейчас нет. Во время спектакля, если понадобится, партнеры по сцене помогут, постараются незаметно напомнить мысль, а за кулисами – помощник режиссера, который следит за технической частью спектакля. У него всегда открыта пьеса, и если есть возможность тихо подсказать, он выручит, но это очень редкие случаи, скорее исключения.

— Ты ходишь в театр как зритель?

— К сожалению, получается это редко. Потому что время спектаклей в театрах обычно совпадает. Если же возможность выпадает, то становлюсь обычным зрителем, где-то даже ребенком, который эмоционально откликается на любое действие на сцене и желает знать историю своих героев. Никогда не оцениваю работу коллег как критик.

— Твои родные приезжают на спектакли, в которых ты играешь?

— Моменты, когда в зале сидят мои родители, Ирина Михайловна и Александр Марьянович, сестра Виктория или родственники из Лиды, для меня очень волнительны и ответственны. Конечно, когда погружаюсь в роль, об их присутствии забываю. И только во время поклонов накатывают необъяснимые эмоции, в которых переплетаются благодарность маме с папой за то, что не препятствовали моему выбору и всячески поддерживали меня, и ответственность — ведь я никак не могу подвести людей, которые в меня верят. У меня замечательные родители и отличная сестра. Я их очень люблю!

— У тебя уже есть опыт съемок в кино. Где сложнее?

— Опыт съемок есть: кино, реклама, клипы. Но, к сожалению, пока совершенно незначительный. Только недавно пришла к мысли, что это необходимо, это еще одна важная часть профессии. С радостью снялась бы в военном или историческом кино, но пока ничего для этого не сделала. Надеюсь, все впереди!

— Есть ли предел совершенству в актерском ремесле?

— Предела нет. Это большой бесконечный путь. В театре важно сохранить ту пытливость, которая изначально в тебе была. И она должна побеждать ощущение, что ты уже все знаешь (ничего ты не знаешь. Даже несмотря на определенный опыт и звания!) Только тогда ты будешь убедительным, и тебе все так же будут верить зрители.

— Спасибо за возможность присоединиться к волшебному миру театра. Главных тебе ролей и благодарных зрителей!

Беседовала Алина САНЮК.

0

Добавить комментарий

Авторизация
*
*
Регистрация
*
*
Номер телефона без знака «+», например «79876543210». На указанный номер будет выслан код подтверждения.

*

Генерация пароля