Хирург из Ошмян стал лучшим в области. Интервью с Александром Левандовским

Вряд ли кто-то может похвастаться, что любит бывать в поликлинике, а уж тем более в больнице. В этом отношении журналистам повезло больше – нас сюда приводят не только недуги, но и профессиональный интерес. Последняя причина, признаюсь, гораздо приятнее. Тем более, когда знаешь, что предстоит встреча с многогранной незаурядной личностью.  На этот раз наша беседа с хирургом Ошмянской центральной районной больницы Александром Левандовским.

— Александр Ярославович, по итогам минувшего года Вы были признаны лучшим хирургом Гродненской области. Наверняка, признание коллег не менее приятно, чем оценка благодарных пациентов?

— Честно говоря, я не люблю публичности, высоких званий, пафосных слов. Просто важно понимать, что твоя работа приносит людям пользу, что в результате пациент идет на поправку. Это доставляет радость и профессиональное удовлетворение.

— К слову, о профессии. Как вы пришли в медицину? Почему решили стать врачом, а не спортсменом, например? Или строителем?

— В детстве фильмов насмотрелся (улыбается), американских. Собственно по ним и сложились впечатления о медицине. Как оказалось, в чем-то ложные, в чем-то однобокие, наивные. Но тогда я об этом не знал и после окончания школы поступил в Гродненский медицинский университет. Хотя все предпосылки стать строителем, как родители, у меня тоже были. Не скрою, в студенческие времена, на летних каникулах приходилось становиться плечом к плечу с отцом, брать в руки молоток, дрель, зубило. Может, потому я так люблю травматологию, что она чем-то схожа со строительством.

Нашу увлекательную беседу прерывает для меня чрезвычайное происшествие, для Александра Ярославовича – вполне привычное, обыденное явление: в приемный покой доставили пациента с отпиленным бензопилой пальцем.

— Будете пришивать? – с трудом успокаивая нервную дрожь, спрашиваю у врача.

— Вряд ли. После бензопилы будет рваная рана. Скорее всего придется формировать культю, — не поведя бровью, не изменив тона голоса, отвечает доктор и спешит к пациенту.

Закончив оперативное вмешательство, оформив все необходимые документы, Александр Ярославович возвращается к разговору.

— Ничто не выдало Вашего волнения. Совсем не страшно?

— Страшно не то, когда у хирурга трясутся руки, как многие считают, страшно, когда у него трясутся мозги. Впрочем, и первое, и второе исключено в нашей профессии. Иначе мы просто не смогли бы работать.

— За годы работы, наверняка, было много оперативных вмешательств. А самое первое помните?

— Конечно. Это была трепанация черепа. Я тогда проходил интернатуру в родном городе, в Лидской центральной районной больнице. С тех пор прошло около пятнадцати лет: с 2005 года работаю в Ошмянах. Очень рад, что попал сюда и смог реализовать мечту — стать хирургом. Ведь после вуза рисовалась вполне реальная альтернатива — стать терапевтом в Кореличах.

— Не пожалели о том, что судьба привела Вас в этот маленький город?

— Нисколько. Мне очень повезло с коллегами. В Ошмянах всегда был сильный, хирургический коллектив. Лучшим учителем для меня стал нынешний заведующий отделением Юрий Иванович Янушко. Всегда подсказывал, помогал в работе и Александр Викторович Беленков.

— Вам приходилось в своей практике сталкиваться с чудом, когда, казалось бы, безнадежный пациент выздоравливает?

Продолжение читайте на страницах «Ашмянскага весніка».

Людмила РЫБИК.

Фото Светланы МУЦЯНСКОЙ.

0
Стоит почитать:

Добавить комментарий

Авторизация
*
*
Регистрация
*
*
Номер телефона без знака «+», например «79876543210». На указанный номер будет выслан код подтверждения.

*

Генерация пароля