Зинаида Назаренко. Она была в команде ликвидаторов

Зинаиде Григорьевне Назаренко, жительнице города Брагина, было около тридцати, когда случилась авария на Чернобыльской АЭС. Она хорошо помнит день 26 апреля 1986 года.  Работая в Брагинском комбинате бытового обслуживания старшим диспетчером-кассиром, она и ее коллеги  узнали только то, что произошла  какая-то авария на станции.

— Рабочие дни продолжались как обычно. Все выполняли  свои  трудовые обязанности, водители и продавцы выезжали с товарами комбината бытового обслуживания торговать в населенные пункты и в соседние районы, — делится воспоминаниями Зинаида Григорьевна. – На улице в эти дни стояла жара, потом в один из дней прошел сильный ливень с градом, который посбивал все кругом: цветы на клумбах, озимые на полях. Но было очень тепло.  Мы только после майских праздников официально узнали, что взорвался реактор на Чернобыльской АЭС. Но тогда еще никто и не предполагал о масштабах катастрофы.

— Все готовились к православной Пасхе, поэтому и не обращали внимания на то, что говорилось.  Своих детей я отвезла  на праздники к бабушке в Речицкий район, и там они оставались уже до 1991 года, но когда возвращалась домой обратно, стало понятно, что надвигается беда, что-то надо было очень быстро предпринимать. По дороге двигалось  много техники: машины  с военными, навстречу — автобусы с детьми, грузовой транспорт, загруженный крупным рогатым скотом и другой живностью. У простых людей было очень много вопросов, они не знали, что происходит, как себя вести. В город Брагин стало прибывать огромное количество военных людей и колонны техники. Эти люди проводили дезактивацию, снимали с почвы грунт на исследование. В воздухе стоял запах гари, и постоянно один за другим летали военные самолеты. От их гула казалось, что земля уходит из-под людских ног. Они кружили днем и ночью, сбрасывая на землю песок, грунт, воду. Предчувствие беды нарастало, у людей поселился страх, у некоторых – паника и слезы. Семьи одни за другими бросали все и уезжали кто куда. Сначала была команда увозить детей до 5 лет с матерями в другую местность. Их размещали по всей Беларуси в санаториях, профилакториях, гостиницах. Детей постарше распределяли в пионерские лагеря и дома отдыха также подальше от станции. Спустя месяц уже  стало известно, что большинство населенных пунктов подлежит отселению, и люди будут эвакуированы в другие безопасные районы страны. Все очень волновались, в обществе царило напряжение: как же теперь быть? Наверное, не было человека, который в то время не задавал этих вопросов. Люди массово уезжали из родных мест, оставив все нажитое. Молодежи было немного легче это сделать  и смириться с такой судьбой. А людям среднего возраста? Сложнее всего было старикам, многие оставались, невзирая ни на какие уговоры. Мы оставили  свой земельный участок, на котором планировали строить  дом, всю хозяйскую мелочь, взяв только самое необходимое из одежды и документы.   Определенное время наша семья жила порознь: муж работал в строительной организации в другой местности и искал место, куда безопаснее переехать на жительство всей семьей, дети находились  в Речицком районе у бабушки и тети. Сын там же и в школу пошел.  Мне пришлось  оставаться работать  в своей организации в Брагине в самое сложное и тяжелое время до 1991 года, выполняя  государственные задачи: быть материально-ответственным лицом, обеспечивая всем необходимым людей, прибывающих ликвидировать последствия аварии, специалистов, приезжающих на работу в загрязненную зону. На моих глазах происходило все: и первые жертвы трагедии, и людской страх, и паника, и тяжелое прощание с родиной. Я вместе с другими ответственными работниками  находилась в команде ликвидаторов последствий  этой аварии – об этом напоминает орден Трудового Красного Знамени, который вручил мне Михаил Горбачев, посещая нашу загрязненную территорию в те годы и общаясь с ликвидаторами, — вспоминает со слезами на глазах Зинаида Григорьевна.

Чернобыльская трагедия перечеркнула  планы многих белорусов. Вторую родину они обретали там,  где находили место работы и жилье.  Семью Зинаиды Григорьевны и еще около 30 семей из  Брагина приютил наш город. Здесь они обосновались навсегда. Зинаида Григорьевна в 1991 году возглавила  Ошмянское отделение облсоюзпечати, муж трудился в  ОАО «Строитель».  Подрастали дети.  Рядом, в одном доме, обосновались и другие переселенцы,  которые со временем стали друзьями, соседями, коллегами. Ошмянщину они все называют своей второй родиной.

— В те места очень тянет. Ведь все  годы юности и молодости прошли там, — не скрывает Зинаида Григорьевна.

— Три года назад побывала я в родном Брагине, навещала могилы ушедших в мир иной друзей, знакомых, родственников. Люди приезжают сюда, как правило, на кладбища в день Радуницы не только помянуть родственников, но и просто встретиться через многие годы. Иные  не сразу  и узнают  уже друг друга: но вместе плачут и вспоминают свою утерянную родину, — говорит она.

Со дня трагедии прошло уже более трех десятков лет, а черный день Чернобыля вновь продолжает волновать: и тех, кого зацепил он своим  крылом, и тех, кто  родился позднее, далеко от искалеченной земли. Этот день будет всегда объединять их одним воспоминанием, одной печалью и горечью, одной надеждой.

Анна ДАВИДОВИЧ.

Фото из личного альбома Н.Г.Назаренко.

 

0
Стоит почитать:

Добавить комментарий

Авторизация
*
*
Регистрация
*
*
Номер телефона без знака «+», например «79876543210». На указанный номер будет выслан код подтверждения.

*

Генерация пароля